Т.З. Семушкин. АЛИТЕТ УХОДИТ В ГОРЫ.
Книга первая. Часть вторая
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Чудовищные слухи ползли по всему побережью, от одного стойбища к другому. Всполошился народ. Волнение охватило всех - от мала до велика. Всюду проникали эти страшные слухи, омрачая и беспокоя сердца людей. Так наползает тяжелый туман, постепенно скрывая от солнца одну за другой яранги, расположенные на берегу моря.
Новый закон жизни, привезенный издалека русским бородатым начальником, быстро превратился в духа болезни, несчастья, напасти. Слухи росли и, как ручьи и речушки в половодье, сливались в общий поток.
Вскоре после того, как Ваамчо сжег на костре свою бумагу, в ревком прискакали почти все председатели родовых советов. Взволнованные, они толпой вошли к Лосю, очень удивленному неожиданным появлением своих председателей.
- Что случилось, товарищи? - с тревогой спросил Лось.
Из толпы выступил пожилой охотник, снял шапку и вытер ею свое вспотевшее лицо. Он не сразу заговорил. Помялся, оглядел всех и, словно ища поддержки у соплеменников, начал:
- Начальник! Возьми обратно эту бумагу, которую ты оставил в моей яранге. Она отняла у меня сон. Моя жена после того сильно захворала. Я боюсь оставаться начальником-присидателем. Возьми ее обратно. Пусть начальником будет наш шаман Аяк. Ему можно. Он сам отгонит злых духов, если случится беда. Он будет хорошим начальником, - сказал председатель родового совета и положил свою бумагу на стол.
Лось предполагал все что угодно, но такого разговора никак не ожидал. Он даже на мгновение растерялся, но тут же, обретя спокойствие, спросил:
- Ну, а другие зачем приехали?
- Тоже привезли бумажки, - послышались голоса.
- Хорошо! Кладите их на стол! Но знайте, что шаманов в председатели я назначать не буду. Так и передайте им.
Все председатели один за другим выложили на стол свои удостоверения. И только один, председатель Лоренского родового совета, старик Рынтеу, стоял неподвижно и с недоумением посматривал на всех.
- А ты, Рынтеу, почему не кладешь на стол свою бумагу?
- Моя бумага осталась дома, в коробочке из-под чая, - ответил старик.
- Почему же ты не захватил ее с собой?
- Я приехал по другому делу.
- Ага-а! Хорошо! - обрадовался Лось и вытащил трубку. Не торопясь, при всеобщем молчании, набил ее табаком, закурил и обратился к старику: - Придется подождать тебе, Рынтеу, пока закончим разговор с людьми.
- Можно подождать, - согласился старик.
Председатели, одетые в меховые темно-коричневые кухлянки, стояли, плотно прижавшись друг к другу. На их темных, обветренных лицах горели от возбуждения глаза. Все они смотрели то на Лося, то на старика Рынтеу. Никто из них не решался даже закурить.
- Товарищи! - обратился к ним Лось. - Теперь послушайте меня. Я знаю, почему вы приехали сюда. Новости не обходят мимо и наше селение. Вы думаете, мне самому не жаль старика Вааля? Очень жаль. Это был мой большой друг. Это был человек с большим понятием. Хороший старик. Человек с настоящим сердцем.
Председатели насторожились: разговор шел о покойнике, о Ваале, которого задрал медведь.
Лось затянулся из трубки и продолжал:
- Но я хочу всех вас спросить об одном: до того, как появились в ваших ярангах вот эти бумажки, у вас кто-нибудь умирал?
Толпа молчала.
- Ну, говорите! Почему вы молчите?
- Люди каждый год умирают на побережье, - послышался голос из толпы.
- Унесенные на льдах охотники погибали?
- Каждый год случается.
- Медведи никогда раньше не задирали людей?
Охотники молчали.
Тогда, медленно раздвигая толпу, к столу прошел старик Рынтеу.
- Я буду говорить, - начал он совсем тихо. - Я постарше всех вас. Я раньше всех вас увидел солнце. Когда Чарли торговал, все вы останавливались у меня в заезжей яранге. Нет другой яранги на побережье, которая бы слышала столько новостей, сколько моя. Я помню все новости. Каждый год бурые медведи задирают то одного, то другого пастуха. Прошлое лето пастуха Чангу, когда он спал в тундре, кто задрал? Не ты ли, Котьхыргын, привез эту новость в мою ярангу? Я слышал ее вот этими ушами. - Старик подергал себя за уши и продолжал: - Вы что? Вы неразумные тюлени? Зачем вы многое стали забывать? Это плохо! Надо помнить! - Старик неожиданно умолк и, оборвав свой разговор, пошел на свое место.
Лось расправил от удовольствия бороду, глядя в спину уходившего в толпу Рынтеу. Речь старика окрылила его. Лось встал и заговорил:
- Товарищи! Кто-то вас обманывает. Выходит, людей задирали медведи и до этих вот бумажек... Я думаю, что вас обманывают нехорошие люди. Плохие люди. Те люди, которые не хотят хорошей торговли. Может быть, они опять сами хотят торговать по-старому, как Чарли Красный Нос, как Алитет? Как вы думаете? Но я торговать им не дам.
Люди молчали. Наконец Котьхыргын подошел к столу, взял бумажку и сказал:
- Я забираю ее обратно.
- Подожди, подожди, Котьхыргын! Может быть, ты не свою берешь, надо посмотреть!
- И я возьму... И я... И я... - послышались робкие голоса.
Лось отыскивал удостоверения и вновь вручал их своим председателям.
- Локе, где Локе? Вот его бумажка осталась.
- Локе ушел. Он не хочет брать! - крикнул кто-то.
Лось долго разговаривал с председателями. Лишь к вечеру они разъехались по своим стойбищам.
Собрался уезжать и Рынтеу, но Лось остановил его и спросил:
- Слушай, товарищ Рынтеу! А по какому же делу ты приезжал?
Старик глазами чуть усмехнулся и ответил:
- Вот по этому самому, - показал он в сторону уехавших председателей.
- Да? - обрадовавшись, удивился Лось.
- Как же?! Новости по привычке продолжают залетать в мою ярангу. Когда Вааля задрал медведь и все повезли бумажки обратно, достал из чайной коробочки и я свою. Повертел, повертел в руках бумажку и вспомнил пастуха Чангу, которого давно задрал медведь. "Эге", - подумал я и закрыл коробочку. Думаю: "Дай-ка поеду и я. Может, чем и помогу Лосю". Оставил свою бумажку в коробочке, сел на нарту и вот приехал по этому делу, - разведя руками, сказал старик.
Никогда никакая речь не волновала так Лося, как эти слова старика. И в них показался ему весь смысл его работы здесь.
Он молча обхватил Рынтеу и, чуть потряхивая, проговорил:
- Спасибо тебе, Рынтеу, за дружбу!
Вечером вернулся с охоты Жуков, и Лось рассказал ему о происшествии.
- Трудно, Никита Сергеевич, вдвоем нам охватить все побережье, - задумчиво сказал Андрей.
- Учителей, Андрюша, надо, инструкторов. Свои фактории. Американцы нам в этом не помощники. Разъяснять народу надо все. С шаманами повести борьбу.
- Все это так, Никита Сергеевич, но этого недостаточно. На одной разъяснительной работе далеко не уедешь. Я думаю, что сначала охотникам нужно дать больше для глаз, чем для ума.
- Глупости говоришь. И то и другое нужно.
- Ты послушай до конца. Вот, скажем, завезти бы сюда с десяток вельботов и раздать их кое-где с толком. Производственная сторона - самое великое дело, Никита Сергеевич.
- Да мы же писали, Андрей, об этом в начале зимы. Надо помнить, как говорит старик Рынтеу. Может быть, только не обосновали как следует? Давай-ка посмотрим по исходящим, что мы там написали.
Они нашли "вельботную" копию, и Лось внимательно прочел ее.
- Ну конечно, это совсем не то! Надо по-другому обосновывать такие дела. Надо прямо сказать здесь: моторные вельботы - основа реконструкции здешнего отсталого зверобойного хозяйства. Доставай-ка пакет номер девяносто три, сейчас мы это переделаем. - Лось усмехнулся и добавил: - Единственное преимущество нашего Наркомпочтеля: всегда под руками почта. Натворишь что-нибудь в донесениях, а к концу года схватишься за затылок, возьмешь да и переделаешь. Пусть в губревкоме удивляются, как быстро мы разобрались здесь во всей жизни охотников.
- Да, Никита Сергеевич, к нам не относится поговорка: слово не воробей... Что-нибудь не так нацарапаем - пакет за хвост и в переделку, - смеясь, сказал Андрей и высыпал на пол всю "почту", уже "отправленную" в разное время. Ползая, он нашел пакет № 93.
- Открой осторожно, чтобы можно было туда же запечатать новый текст.
В дверях показался старик Рынтеу.
Лось поднялся ему навстречу и спросил:
- Что случилось, Рынтеу?
- Забыл еще одно дело. Память отшибло. И вот повернул собак.
- А что такое? - заинтересовался Лось.
- Плохо. Очень плохо. Рультына приходила ко мне с дурной новостью. Чарли послал Алитета к Гаймелькоту забрать Мэри и отнять собак у Ярака.
Лось переглянулся с Андреем.
- Худое дело, - продолжал Рынтеу. - У Рультыны, пожалуй, разум помутится...
- Да, дело неважное, - сказал Лось. - Что же нужно, Рынтеу? Как ты думаешь?
- Не знаю, - уклончиво ответил старик. - Наверное, ты знаешь сам.
- Надо ехать вслед за Алитетом, - сказал Лось.
Старик одобрительно закивал головой.
- Никита Сергеевич, без проводника в горы не поедешь, - вмешался в разговор Андрей. - Обязательно заблудишься.
- Я хорошо знаю, куда ехать. Раньше Чарли посылал меня в горы за шкурками. Я покажу дорогу, - сказал Рынтеу.
- Очень хорошо. Поедем, Андрей, дорезывать крылья Алитету. Я ему там покажу! Сколько дней ехать, Рынтеу?
- Теперь пришло полуночное солнце. В четыре дня доедем.
- Не совсем близко. Но ехать надо. Кстати, посмотрим, как люди живут в горах. Решено! - сказал Лось. - Вешай, Андрей, замок на ревком.
|